Loading...

Итальянская ортопедическая клиника "Вилла Стюарт"

Полузащитник "Спартака" Артем Тимофеев рассказал об операции и восстановлении в клинике "Вилла Стюарт"

Полузащитник "Спартака" Артем Тимофеев рассказал об операции и восстановлении в клинике "Вилла Стюарт" 02/01/2018

Полузащитник "Спартака" Артем Тимофеев рассказал об операции и восстановлении в клинике "Вилла Стюарт" в эксклюзивном интервью Championat.com


«10 минут после операции, а уже ставят кинетик»

«Ушла» опорная нога, голень пошла вперёд, а бедро осталось на месте, — рассказывал «Чемпионату» Тимофеев сразу после матча с «Арсеналом». — Почувствовал боль, услышал хруст. Завтра МРТ. Надежда? Надежда умирает последней».

«Это была такая боль…, — вспоминает Тимофеев спустя два месяца после травмы. — Сразу понял — нужна замена, не мог коленом шевельнуть. В раздевалке Вартапетов и Диего (руководитель медицинского департамента «Спартака» и тренер по реабилитации. – Прим. «Чемпионата») меня осмотрели. Лежу и думаю: «Что же это?» Они переглянулись, и я понял: не хотят разочаровывать сразу. Спрашиваю: «Кресты?». Отвечают: «Скорее всего, да». На МРТ всё подтвердилось.
 

— О чём подумали, когда узнали диагноз?
— Обидно: на ровном месте, никто не толкал. Не знаю, почему так получилось. Особых нагрузок не было, да и не влияют они на «кресты». Жаль пропускать столько времени, потом заново набирать форму. И ещё кажется, что когда всё будет хорошо, может возникнуть страх за ногу. Это же психология. Надеюсь, боязни не будет, но…

—  Что вам говорили врачи?
— Установили разрыв передней крестообразной. Сказали: «Летишь в Рим на операцию, дальше — восстановление». Травмировался 9 августа, прооперировали только 25-го. Профессор Мариани был в отпуске. В Рим прилетел 22-го, до этого закачивал ногу в Москве.

— Зачем столько ждать? Нельзя было найти другого доктора? 
— Мариани делает операцию быстро и качественно: 35-40 минут. Чем меньше ковыряются в колене, тем лучше. За 1,5 часа оно опухнет в два раза больше. Потом месяц ждать, пока опухоль спадёт. Мариани оперирует 40 минут, и уже через пару дней ходишь без костылей. В ортезе, потихоньку, но передвигаешься.
Ортез — это штука, которая не даёт согнуть ногу и удерживает боковые связки. В нём хромаешь, ходишь с прямой ногой, но ходишь. Если оперировать дольше, первое время проведёшь на костылях, и восстанавливаться придётся на месяц больше. После операции у Мариани возвращаешься в строй примерно за 4 месяца. У кого-то уходит 4,5, кто-то восстанавливается и за 3-3,5. Обычно на это требуется до полугода.

— Как проходит такая операция?
— Под общим наркозом. С утра натощак приехал в клинику, в операционную увезли без десяти два. Немного потряхивало — боялся. Сперва в предоперационной поставили капельницу. Разнервничался, мне что-то вкололи, и я успокоился. Лежал, думал о чём-то, будто в облаках.

В операционной девушка Ольга помогала с переводом на итальянский, разговаривала со мной, пока засыпал. Я говорил-говорил и бах — отрубился. Проснулся, первый вопрос: «Как себя чувствуешь?». Нога ныла, я признался: «Болит очень». Чтобы обезболить, впрыснули морфий.

Привезли в палату и сразу поставили кинетик. Это аппарат, который сгибает и разрабатывает ногу. 10 минут прошло, как очнулся — в голове мысль: «Блин, как так? Операцию ведь только сделали!». Но боли или дискомфорта не было — вообще ничего не чувствовал. Даже поспал, а аппарат в это время работал. 
Целый день он разрабатывал ногу, на следующий из колена через дренажи откачивали жидкость. Полтора дня не вставал с кровати. Наутро всё сняли, надели артез, и физиотерапевт показал, как правильно ходить. Например, при спуске надо ставить сначала прооперированную ногу — она не должна сгибаться.

— Сколько занял первый спуск?
— Один пролёт я шёл минуты полторы. Больно, непривычно, ногу особо не чувствовал. Через два дня стал нормально заниматься. В первый день особой нагрузки нет: работал на переднюю мышцу и на икру.

— Какие упражнения делали?
— Обычные изометрические: ногу вверх, в сторону и кругом. 100 раз — вверх, 100 раз — вверх и вбок. В первые дни это занимало минут 45, затем стало проще. Поначалу было тяжело, нудно. Во-первых, нет силы. Во-вторых, есть боль. Медленно, через боль поднимаешь ногу, но понимаешь: так надо.

До операции всё было нормально, мышцы не атрофировались. Проходит 40 минут — и нога тонкая, как спичка, нужно снова набирать массу. Постепенно привыкаешь, опухоль спадает, становится меньше болевых ощущений — и соответственно легче разрабатывать ногу. С каждым днём добавляются новые упражнения.

— Опишите ваш распорядок дня.
— Просыпался в 7:30, час делал кинетики. Это неутомительно, но важно — проще заниматься, когда нога разработана. Завтракал, ехал в клинику. С 9:30 до 12:30 работал там, к часу возвращался в отель и снова час кинетики. В 14:30 — трансфер в клинику, в 15 вторая тренировка до 17-17:30. Сначала было поменьше, часа полтора. Потом количество упражнений и повторов увеличивалось.

— Ваша девушка жила в том же отеле?
— Да, могла что-то принести, сходить в магазин. Например, нога опухает — нужен лёд. Она сходит в бар отеля, принесёт. Тот же кинетик — тяжёлый, на одной ноге его сложно поднять. Она помогала, ставила. С Зобниным в Риме не пересекался, он был уже в Москве. Но мы общались, он подбадривал: «Не бойся, делай всё, что говорят. Они всё знают. Если больно — говори им, а если просто дискомфорт — терпи, так и должно быть».


Источник: Championat.com